на машине

Оломоуц и Боузов


Глава вторая,
в которой автор размышляет о благе и зле планирования


К заглавной странице "Путешествие по рождественским ярмаркам" и бюджету поездки.
Глава первая, в которой автор проверяет тезис о вреде стереотипов. Ворота Европы.
Глава вторая, в которой автор размышляет о благе и зле планирования. Чехия: Оломоуц и Боузов (текст ниже).
Глава третья, в которой автор сибаритствует на рождественских ярмарках. Австрия: Вена.
Глава четвертая, в которой автор узнает, с чего начинаются рождественские ярмарки. Австрия: Зальцбург.
Глава пятая, в которой перед автором чуть было не закрылась дверь в сказку. Германия: волшебный замок.
Глава шестая, в которой автор считает, сколько в Баварии нужно платить за парковку. Германия: Мюнхен.
Глава седьмая, в которой автор приезжает в столицу Чехии и видит, как много изменилось. Чехия: Прага.
Глава восьмая, в которой автор вновь убеждается в тщетности планов. Польша: Краков.
Об Оломоуце перед поездкой я успела узнать только, что он красив как Прага, компактен, являлся первой столицей Моравии и до сих пор славен своими рождественскими ярмарками, которые в этом году должны начаться 17 ноября.
Что пользы планировать, если все можно так вот, запросто, перенести?!
За неделю до поездки местная администрация объявила о переносе базаров на неделю позже. Может, из-за Праги, где открытие ярмарок объявили только на 2 декабря, а может, еще по каким причинам. Этим ничтожным фактом я была озадачена, озабочена и сбита с толку. Что пользы планировать, если все можно вот так вот, запросто, перенести?! Поэтому узнавать я больше ни о чем не стала, и на утро следующего дня мы поехали в город наобум.
До официального открытия ярмарки среди всех 100 домиков работали один-два с поделками, и два-три с глинтвейном-пуншем. Правда, в одной из них предлагалость примерно 20 видов рождественских напитков. Говорят, этим и славны рождественские ярмарки в Оломоуце.
Минута пешком до остановки "Крематорий" и 7 минут на трамвае до центра. Эх, мне почему-то часто случается забронировать жилье метрах в ста от кладбища. Вы будете крутить пальцем у виска, обходить меня стороной или нервно смеяться на мой счет? А я совсем не против такого соседства: мертвецы ко мне не приходят, жилье дешевле, тихо, публика, как в старину говорили, чинная и спокойная ходит. В Оломоуце, правда, кладбище было только через трамвайную линию, где крематорий мы так и не выяснили, а недалеко от апартаментов стояло университетское общежитие. Молодежь из трамвая выходила веселая, шумная... Что ж, жизнь идет...

Итак, мы в центре. Рабочие перед Ратушей устраивают ярмарку: сбивают последние павильоны, вешают гирлянду на елку. Кажется, дерево не установили, и елка просто растет здесь. Информационный центр на ремонте, его сотрудницы работают здесь же, в центре будущих торжеств. За кроны (хорошо, что мы, сойдя с трамвая, сразу же выменяли их в банке) покупаем у них рождественский набор - кружку для глинтвейна, чай и какой-то непонятный пакетик с семенами. Потом окажется, что семена еще надо прорастить, чтобы потом добавить в бутерброд со знаменитыми оломоуцкими сырками. Сырки мы купим позже, в Праге, но проглотить так и не сможем. Ощущение, будто вонючее склизкое мыло жуешь. Впрочем, может дело в семенах, из которых мы так и не вырастили чудо-траву, чтобы положить на хлеб с сыром.

Посреди площади - чумной столб. Такие стоят по всей центральной Европе, в знак победы над эпидемией, постигшей город. Правда, эта барочная колонна пресвятой Троицы, возведенная в середине XVIII века, считается самым грандиозным сооружением такого рода - 35 метров высотой, c часовней внизу.
Астрономические часы в духе соцреализма на Ратуше в Оломоуце
На Ратуше - астрономические часы. Они не столь известны, как те, что бьют на Староместской площади в Праге, но от этого не менее интересны. Чешский мастер соорудил куранты в XV веке, они показывают не только время, но и то, как движутся по небу Солнце и Луна, как изменяются некоторые другие астрономические показатели. В 1945 году немецкие войска раритет разбомбили, а когда часы стали восстанавливать, то в пятидесятые годы реставратор переделал их в стиле соцреализма, вместо правителей и святых – выходить из окошечек, крутиться или совершать еще какие-то действия, стали спортсмены, рабочие, крестьяне, ученые. Каждый день в двенадцать часов часы оживают: фигуры идут по кругу, рабочие орудуют молотом, ученые ставят опыты, играют особые мелодии. Их-то мы и услышали, а вот представление так и не увидели: о том, что оно произойдет, мы попросту не знали. В это время мы шли к краеведческому музею, но и оттуда ушли несолоно хлебавши. Во вторник он был закрыт!
Удрученные, мы еще погуляли по городу, еще поглазели, еще не по разу поели-попили. Нашли вторую — «нижнюю» площадь с чумной колонной поменьше. Посмотрели на знаменитые фонтаны Оломоуца, которые в это время года, в отличие от мюнхенских, не работали.

Оломоуц. Епархиальный собор св. Вацлава
Построен в XII веке, последняя перестройка в XIX веке
Поднялись на Вацлавский холм к одноименному епархиальному храму, заложенному в XII веке и до неузнаваемости перестроенному в конце XIX века. В этом соборе в разное время были и Иоанн Павел Второй, и мать Тереза и даже Моцарт, еще до перестройки, играл на органе.

Потом мы погуляли по университетским дворикам, второй и последний раз услышали русскую речь. Ныне Оломоуц — город университетский, каждый пятый его житель — студент, немало молодых людей приезжает из других городов и стран. Да и мои бывшие коллеги-филологи нередко бывают тут на различных конгрессах. Пообедав, мы отправились домой «соснуть с устатку», а вечером приехали вновь, погулять, отправить открытку и поужинать. И опять почти промахнулись.
Почта на центральной улице представляла собой величественное здание с современным аппаратом для желающих воспользоваться ее услугами. Аппарат с отрывными талончиками предлагал массу вариантов с текстом на чешском. Тех, кто взял талончик и встал в очередь на оломоуцкую почту, было несколько десятков человек. Мы же, так и не разобрались, какой талончик позволит нам купить марку для открытки на родину, впоследствии попросили отправить письмо нашу любезную хозяйку. Кстати, через три недели открытка с грифом "Авиа, отправление первого класса" таки дошла до нашего московского дома!
Так безлюдно в Оломоуце уже в десять часов вечера
Уже в восемь вечера город почти опустел. А после нашего ужина, в начале десятого, улицы и вовсе стали безлюдны и темны. Правда, как только мы ступали на них, над головой, разгоняя мрак, загорались скупые чешские фонари. Непривычная московскому жителю экономия.

Этот день мы провели нетипично для нас: три раза ели в кафе-столовой-ресторане и не сходили ни в один музей. Однако, о том не жалею, да и зарисовки чешского быта запомнились. В кафе мы видели невесток, приведших двухлетних внуков к бабушкам, в столовой - работяг, пришедших поесть "полевки" - супа по-чешски. Ну а в ресторане наблюдали толи за писателем, толи за философом: отставив горячее, отложив телефон, он то и дело, поглядывая в пространство, писал что-то на сложенном листке бумаги, черкал, потом снова писал и смотрел в никуда. Я думала, такие персонажи встречаются теперь только на страницах книг.
На другой день нам предстояло ехать в Вену. Я собиралась. Муж просматривал буклеты.

 — Арабелла! Арабелла! Здесь снимали Арабеллу! — закричал он.

В ту сказочную крепость из буклета мы поехали утром. Слава Интернету, тут мы успели вовремя. Осенью вожделенная достопримечательность работала только четыре часа в день. В этом романтическом замке в Боузове действительно снимали «Арабеллу» и «Арабелла возвращается» — прекрасный многосерийный детский фильм производства Чехословакии, снятый в восьмидесятые годы.

Боузов
Сказочный замок
В десять утра, оставив машину на бесплатной стоянке, мы двинулись к замку. На улицах — никого. Пейзаж — сказочный. Но касса работала, и за 150 крон (около 6 евро) с каждого в сопровождении экскурсовода нас пустили внутрь. Других посетителей не было, но так как экскурсий на русском не предусматривалось, а английского этот гид не знала, рассказ велся на чешском. Мы поняли, что замок построили в XIV веке, что владельцы у него часто менялись, и каждый перестраивал крепость на свой вкус. Дольше всех ею обладали тевтонские рыцари, но в реституции недавно им было отказано. Сейчас Боузов принадлежит государству, и хотя там и открыт музей, в замке можно играть свадьбы и проводить заседания.
Снаружи Боузов красив, подвесной мост и внутренний двор с колодцем очень способствуют романтическим мечтаниям. Внутри же там холодно и темно, хотя и можно зажечь люстры и канделябры. В замке можно посмотреть на изразцовые печи, мозаики, картины, доспехи, массивную тевтонскую мебель. Очень любопытна и коллекция кухонной «механической» утвари. Сорок пять минут экскурсии прошли быстро. В завершении Лючия Маркова сказала, что в детстве бабушка научила ее русскому стишку:

 — Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять!

Ну, а мы выучили гида говорить «До свидания!» и поехали дальше, в Вену.
Полезные ссылки
Проверено лично!
Сайт города Оломоуца
Интернет-портал переведен в том числе и на русский язык. На нем можно узнать, когда в городе запланированы фестивали и ярмарки (правда, как показала практика, сроки ярмарок могут переносятся)
Достопримечательности
Краеведческий музей Оломоуца в понедельник и вторник закрыт. В городе есть и другие музеи - искусств, архиепископский.

Замок в Боузове можно посмотреть только с гидом, экскурсии объявляют в начале каждого часа. Зимой замок открыт с 10.00 до 14.00.
Вкусно поесть в Оломоуце
Nase cafe: очень вкусные десерты и горячий шоколад (видов десяти) - счет на двоих 205 крон.

Ресторан Виктория. Здесь вкусно готовят, заведение работает и после 21 часа. Накануне дороги, к обильной трапезе мы заказали воду с лимоном, и оказалось, что литровый кувшин называется "жбан". Так мы узнали, что "выпить целый жбан воды" - это не фигура речи, а реальность.
Читайте далее:

Глава третья, в которой автор сибаритствует на рождественских ярмарках. Австрия: Вена.